Зачем так быстро принимать поправки к Конституции - «Новости Дня»

Поправки к Конституции России планируют принять в очень сжатые сроки – что тут же породило массу рассуждений о «спецоперации» и поиске ее причин. Владимир Путин давно обдумывал предложенные изменения и озвучил их в тот момент, который представляется ему оптимальным. Тянуть с обсуждением, превращая его в многомесячное шоу, нет никакого смысла.

Президентский законопроект уже внесен в Госдуму, созданная Владимиром Путиным рабочая группа по внесению поправок будет обсуждать их в ближайшие недели со специалистами и общественностью, параллельно пройдет обсуждение и в парламенте, после чего поправки будут вынесены на всероссийское голосование. И в случае их одобрения россиянами – приняты. Все это произойдет в достаточно сжатые сроки: можно прогнозировать, что уже до торжеств по случаю 75-летия Победы, то есть до начала мая, вся конституционная реформа завершится.

Почему так быстро? Потому что на обдумывание поправок у Путина было 20 лет – если не всех, то основной их части.

Вписывание муниципального самоуправления в вертикаль власти при одновременном сохранении его юридической независимости – назрело и перезрело, потому что изначально в самой Конституции 1993 года был заложен абсолютно недопустимый для России разрыв между тремя уровнями власти.

Повышение влияния Госдумы на правительство, особенно в части его формирования, вообще обсуждалось столько лет, сколько существует Конституция – а начиная с 2016-го, когда была избрана нынешняя Госдума, обозначилась явная тенденция по приучению правительства к большему взаимодействию с парламентом.

Тоже самое касается и поправок, связанных с согласованием региональных прокуроров с Советом Федерации, а не региональными властями – выстраивание полноценной вертикали правоохранительных органов невозможно при зависимости прокуратуры от губернских элит.

Закрепление в Конституции Госсовета также оправдано долгой историей функционирования этого совещательного органа. Уже два десятилетия он существует при президенте – а теперь будет прописан в Конституции. По сути, он объединяет всю высшую номенклатуру страны – как федеральную, так и региональную. Нужна площадка для совместного обсуждения важнейших проблем, планов и стратегии как таковой – на которой вместе собирались бы и руководители федеральных органов власти и регионов. Все большее вовлечение глав регионов в процесс подготовки и обсуждения стратегических решений совершенно оправданно – и в последние годы новый формат заседаний Госсовета показал свою эффективность. Отсюда и следующий шаг – закрепить его существование в Основном законе, чтобы поднять сам статус этого формата общей работы центра и регионов.

Совершенно оправданны и те поправки, которые закрепляют социальный характер нашего государства, в частности про прожиточный минимум и минимальный размер зарплаты.

Но почему так быстро будут приниматься эти поправки? Почему бы не созвать Конституционное собрание, которое неспешно обсудит как их, так и другие предложения по изменению Основного закона? Дело в том, что подобный формат был бы оправдан только в том случае, если бы речь шла о фундаментальных поправках в Основной закон – затрагивающих в том числе и его первые, защищенные статьи (первую, вторую и девятую главы). Тогда в самом деле необходимо созывать Конституционное совещание – точно так же, как и для принятия новой Конституции.

Но сейчас речь не идет о столь серьезной правке – вносимые изменения можно было бы внести просто через принятие конституционного закона в Думе и Совете Федерации. После подписания его президентом он бы вступил в силу – и все. Но Владимир Путин специально предложил провести общероссийское голосование (не путать с референдумом), чтобы заручиться поддержкой народа и придать поправкам больший вес. Закон в итоге будет принят только после волеизъявления россиян.

Но даже если бы Путин предложил созвать Конституционное собрание – для этого потребовалось бы сначала принять закон о самом Конституционном совещании. Его у нас так и нет, и эта «неторопливость» с его принятием связана в первую очередь с тем, чтобы не затрагивать саму тему принятия новой Конституции или фундаментальных правок в нынешнюю. Был бы подобный закон, постоянно звучали бы предложения: «Давайте созовем Конституционное совещание и примем новый закон или принципиально перепишем этот». Путин был и остается противником подобного отношения к нынешней Конституции – у нее есть плюсы и минусы, но он против того, чтобы трогать ее фундамент.

Представим умозрительно, что для принятия нынешних поправок было бы созвано Конституционное собрание. Сколько нашлось бы еще желающих предложить свои поправки? Какой компот в головах был бы не только у его участников, но и у всего общества? И зачем? Чтобы принять небольшие, хотя и важные нынешние поправки – отвергнув при этом подавляющую часть остальных, «улучшающих» или просто ломающих Основной закон? И сколько времени заняла бы в этом случае работа Конституционного собрания? Год? Два? В этой Конституции нет ничего такого, что принципиально мешало бы нам строить сильную и великую Россию – отдельные уточняющие и корректирующие правки не требуют выработки нового Основного закона.

Возможно, когда-то в России будет приниматься новая Конституция – и для ее подготовки будет созвано Конституционное собрание, которое будет работать очень долго, вырабатывая новый Основной закон. Но сейчас совершенно другой масштаб изменений и другая задача – которую при слаженной работе системы можно решить быстро и качественно.