100 рублей за доллар – новая опасность или забытая мечта - «Мнения»

Психология раба

Казалось бы, страсти по рублю и о том, какой нам нужнее – сильный или слабый, точнее – только ослабленный, не более того, улеглись уже давно. Наступление на инфляцию усилиями доблестного Центробанка России продолжается, а положительный баланс во внешней торговле сохраняется, несмотря ни на что.
Да и с бюджетом в России всё, не станем спорить, пока не так плохо, как хотелось бы нашим геополитическим противникам, и в экономической войне наши позиции, скорее всего, не хуже, чем в реальной. Это как минимум, хотя в спецоперации, судя по всему, перемены к лучшему тоже не за горами.

И не просто так пошли слухи о бегстве из Николаева непотопляемого гауляйтера Виталия Кима, личного друга президента Зеленского. Его за вырытые окопы по всем улицам и площадям этого русского города ненавидит, кажется, всё население, давно ожидающий своих освободителей. Но здесь не об этом.
Здесь о рубле, который в том же Николаеве уже как-то неожиданно стал одной из свободно обращаемых, то есть ходящих по рыкам и толкучкам валют. Крым рядом, Херсон ещё ближе, и через границу, несуществующую вообще-то, мирному человеку перебраться не проблема.
А ведь со слабым рублём на освобождённых территориях делать нечего, думаю, с этим вряд ли кто сегодня станет спорить. Однако в самой России очень многим по-прежнему нужен рубль слабый. Причём слабый, точнее, простите за повтор, искусственно ослабленный настолько, чтобы прибыли за счёт экспорта дополнялись ещё и сверхприбылями за счёт параллельного импорта и импортозамещения.

Философия капитулянта

Под философию страны-экспортёра все, что только можно по максимально низким ценам, то есть – сырьевого придатка, так милого Западу и нашим либералам, идёт и пропаганда. С началом СВО лишь слегка притихшая, потому что действительно были все шансы наконец-то получить доллар по 100 рублей.

И возможно, даже больше, только уж очень вовремя у нас из резервов аж 300 миллиардов бывшие партнёры умыкнули. Да, нас откровенно обворовали, да, скорее всего, лишили солидной части финансирования всё той же СВО. Но голову посыпать пеплом точно рано.

Хотя с деньгами-то там – у нас в верхах, всё, кажется, в полном ажуре, только уходят они не на коптеры и не на бронежилеты, а всё больше по карманам организаторов «всенародной поддержки». Финансовой, как вы понимаете, поскольку с идеологической и пропагандистской у нас всё обстоит, сами знаете как. То есть – ещё хуже, если не сказать, хуже некуда.
Оттуда же, то есть и с Запада, и с Украины, пропаганды, антироссийской и антирусской, прёт просто с избытком, но её ведь ещё и аналитикой разбавляют, причём всё более тонкой, изощрённой. Слава Богу, до сих пор сагитировать широкую публику за слабый рубль как-то не удавалось, хотя какой он сейчас по курсу, многим в России вообще по барабану.

Это к тому, что от доллара и евро нас отрезали так, как, наверное, и при железном занавесе не было. Мы не про формальную сторону дела, а про моральную. Не нужен теперь ни доллар, ни евро никому из нормальных граждан, у кого нет за бугром ни родни, ни недвижимости.
Для простого россиянина, хотя вычислить его совсем непросто, важнее ведь, чтобы тарифы и цены не зашкаливали, чтобы с зарплатами и пенсиями всё оставалось хотя бы в относительной норме. А с валютой и с курсами пусть разбираются профессионалы.
Хотя то, что слабый рубль может непременно аукнуться, и аукнуться плохо, похоже, и широкая публика понимает совсем неплохо. Уже, кстати, аукнулось в целом ряде направлений, а обратного отката всё нет и нет.

Идеология самообмана

Тем не менее, всё чаще приходится читать у аналитиков что-нибудь вроде этого:
«Усилиями только нового бюджетного правила ослабить рубль до 100 за доллар не представляется возможным».
Это же почему, объясните нам, сильно образованным, есть такая крайняя необходимость ослабить рубль? И ослабить не до 70 целковых за евро и доллар, а непременно до 100.


Ну то, что это некий порог стабильности, прежде всего психологической, понять ещё можно. А по сути-то зачем? Ради запредельных прибылей экспортёров, которым пришлось уйти с европейского рынка, променяв его на азиатский.
Мало того, что не такой ёмкий, так ещё и не прибыльный, да ещё и расходов немереных требующий из-за логистики, конкретно – из-за массы проблем с нею, которую раньше и за науку, и за профессию-то всерьёз не считали.
Нет, завскладом, конечно, уважаемый человек, как у Райкина, но не за дело, а за то, что дефицит есть в наличии именно у него, да простят нас читатели за это небольшое нелирическое отступление.
Вернёмся же к нашим баранам – то есть аналитикам либерального толка, которые убеждают всё сетевое сообщество, что «для этого (ослабления рубля – Прим. авт.) понадобятся более драматичные факторы». Та ещё драма, скорее – комедия абсурда, когда ослабнуть должна непременно та валюта, которая крепче.

Что ж, против рубля есть кому и чему поработать. Кому, понятно – начиная с демократов из США с Байденом как ширмой, которых иначе как уходящую натуру уже мало кто и воспринимает. И кончая ФРС и европейскими бюрократами, которые тоже почувствовали, как под ними вдруг закачались тёплые чиновные кресла.

А чему поработать – пусть уже либералы выбирают – глобальной рецессии или ещё одной порции «адских» санкций, словно 11 тысяч, которые уже применили против России – это мизер какой-то, а не исчерпывающий джентльменский набор.
Есть, кстати, ещё и резкое сокращение платежного профицита у России и геополитическое обострение. С последним, впрочем, сложности, потому как дальше просто некуда – или уж в ядерный Армагеддон.

Техника отсечения

Все свои выкладки самообманываемые или самообманывающие связывают с чисто технической мелочью – очередными правками в бюджетное правило. А там речь о том, сколько лишних денег с поступлений за экспорт отстёгивать в случае чего напрямую в бюджет.
С трудом верится, что исполнение этого правила способно так уж сильно влиять на курс рубля. Но проверить сможем в ближайшее время. Тем более что в прессе уже прошла информация, похожая на слив из Минфина. Речь о том, что в этом ведомстве Силуанова, прямого наследника ультралиберала Кудрина, готовы возобновить валютные интервенции.

При этом Минфин намерен исходить из добычи 9,5 миллионов баррелей в сутки и цены отсечения нефти в 60 долларов за баррель. И если первое – это сегодняшняя реальность, плюс-минус незначительные объёмы, то второе – как-то уж очень мало для нынешнего уровня цен.
Отсекать сразу 30 и даже больше долларов с каждого барреля – это не просто круто, это чересчур жёстко. Да и, честно говоря, незачем, освоить заработанные на нефти и газе миллиарды даже за счёт СВО – в России это целая проблема. Или же опять пришло время подкормить дворню?
Впрочем, тут можно и согласиться с либеральными аналитиками, которые считают, что
«исходя из цены на нефть марки Urals на уровне около 80 долларов за баррель и добычи 10–10,5 миллионов баррелей в сутки, валютные интервенции могут составить от 3 до 3,5 млрд долларов ежемесячно».
Такой диапазон вполне позволяет ослабление рубля на 7–10 % относительно устоявшихся курсов. Но уверенности в том, что столь слабый рубль действительно нужен для реального стимулирования экономики, у авторов как не было, так и нет.

Как, впрочем, нет и надобности в очередной раз напоминать, что в слишком сильном рубле тоже особой нужды в настоящее время нет. Есть необходимость в эффективном применении стабильного и крепкого рубля при невысоком проценте и низкой инфляции.
Чтобы опережающими темпами развивался не финансовый, а реальный сектор, и не только сырьевой. В ином случае возврат России на положение полуколониального придатка цивилизованного Запада практически неизбежен.

Автор:

Алексей Подымов, Анатолий Иванов

Использованы фотографии:

1c-wiseadvice.ru, bank-rank.ru, dewinforex.com

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила  поведения на сайте.