Богатым в Израиле нечего бояться - «Экономика»

В преддверии выборов в кнессет 23 марта мы попросили различные партии рассказать об их экономической платформе. Из их ответов следует, что между ними практически нет разницы. Подавляющее большинство партий и законодателей, особенно тех, кто войдет в следующее правительство при любом возможном сценарии, поддерживает неолиберальную политику, которая характеризовала Израиль в течение последнего десятилетия, а то и ее более консервативную версию.

Как такое возможно? Почему ни одна крупная партия не предлагает альтернативы - в отличие от почти любой другой демократии, включая страны более капиталистические или неолиберальные, чем Израиль? Представляется очевидным, что эта ситуация демонстрирует вакуум, требующий заполнения.

Почему, например, нет партии, призывающей ввести налог на наследство и повысить налоги с богатых? Почему нет партии «зеленых», которая видит реальность глазами молодежи, включая вопросы, связанные с климатическим кризисом, отношениями между корпорациями и общественностью и распределением ресурсов между поколениями?

Даже в Америке, которая изобрела неолиберализм и воплотила капиталистическое видение в его самой крайней версии, три месяца назад был избран президент, который  пообещал поднять налоги для людей с доходом более 400 000 долларов в год и вложить огромные ресурсы в «Новый зеленый курс», призванный реагировать на изменение климата.

Такие политики, как Берни Сандерс, Элизабет Уоррен и Александра Окасио-Кортес, побуждают президента Джо Байдена делать больше во всех сферах, связанных с неравенством, задолженностью студентов университетам, минимальной зарплатой и властью большого бизнеса.

Один человек, Биньямин Нетаниягу, контролирует партию, правящую Израилем в течение последнего десятилетия. Не секрет, что премьер-министр придерживается взглядов, близких к консервативному крылу республиканской партии, и открыто об этом говорит. Он поддерживает принцип «маленького» правительства, приватизацию, низкие налоги и дерегулирование, что ведет к усилению власти крупного бизнеса.

Недавно в довольно странном видеоролике, который он разместил в соцсети TikTok, Нетаниягу входит в кабинет педиатра, принадлежащего к одной из некоммерческих медицинских организаций. Он говорит, что не может выписать рецепт, потому что он - не врач, но может порекомендовать книгу, пропагандирующую неолиберальную политику.

Политику Нетаниягу можно оценить по его делам. В последние годы его наибольшее участие в экономике заключалось в сделке по лицензионным платежам, заключенной с поставщиками природного газа - крупнейшей и самой могущественной монополией Израиля. Нетаниягу самолично отстранил членов кабинета министров, главу израильского Управления по вопросам конкуренции и председателя Управления электроэнергетики.

За время пребывания Нетнаиягу в должности Управление по вопросам конкуренции было значительно ослаблено, поскольку он одобрял подрывающее конкуренцию слияние бизнесов, и не способствовал проведению каких-либо реформ, способствующих росту конкуренции. Только после того, как на него было оказано давление, Нетаниягу одобрил или, по крайней мере, воздержался от возражений против таких инициатив, как повышение минимальной зарплаты.

Нетаниягу даже заявил, что хочет ликвидировать профсоюзы и профессиональные ассоциации. О его любви к миллиардерам мы узнали из его уголовных дел: Арнон Мильчен и Джеймс Пакер («дело 1000»), Шелдон Адельсон («дело 2000») и Шауль Алович («дело 4000»).

Саар: двойник Нетаниягу

Соперники Нетаниягу не предлагают социальной или экономической альтернативы. Гидеон Саар, новая звезда следующих выборов, занимает идентичные экономические позиции. Он тоже любит магнатов и близок к ним, как мы узнали на прошлой неделе, когда стало известно, что бизнесмен Альфред Акиров предоставил ему от своего имени гарантии на сумму 5 миллионов шекелей.

Экономическая платформа партии «Новая надежда» Саара не предлагает альтернативы Нетаниягу и безусловно не является в этом отношении прогрессивной. Это версия всего того, о чем министерство финансов говорило годами, но просто еще не реализовано.

Цифры, которые обещает Саар - рост на 23 процента за пять лет, увеличение ежегодных расходов на инфраструктуру на 35 процентов и удвоение числа занятых в хайтеке - во многом напоминают обещание Нетаниягу сделать Израиль членом клуба 15 ведущих стран мира по валовому внутреннему продукту на душу населения. Через десять лет после обещания Нетнаиягу Израиль остается на 21-м месте.

Та же история, хотя и в более радикальной версии, происходит с Нафтали Беннетом и Айелет Шакед, чья позиция, согласно последним опросам, может стать решающим фактором на выборах. С экономической точки зрения, они даже более правые. Платформа их партии «Ямина» вдохновлена политическим форумом «Кохелет». Их экономическая программа являет собой еще более консервативный американский вариант, включающий снижение минимальной зарплаты и ограничение прав Службы национального страхования.

Экономический подход центристских партии схож с вышеописанными. Яир Лапид и его партия «Еш атид» рассматривают экономическую реальность через ту же призму, начиная со свободной экономики – этого синонима  неолиберализма - и заканчивая сокращением государственных министерств, что означает передачу государственных услуг частному сектору.

Это не удивительно. Избиратели Лапида живут в самых богатых районах Израиля, и он не может и не хочет проводить прогрессивную социально-экономическую политику.

Всегда в хвосте

А как насчет левых? Вот тут, пожалуй, нас ожидает самый главный сюрприз. Несмотря на то, что МЕРЕЦ и «Авода» определяют себя как социал-демократические партии, «Авода», обновившаяся под руководством Мерав Михаэли, не предлагает по-настоящему прогрессивной политики, и даже смягченной версии того, что предлагают демократы США. Это факт. Ни одна из этих партий не говорит ни о налогах на наследство, ни о налогообложении богатых, ни об амбициозном «Новом зеленом курсе».

Израильские левые не так уж прогрессивны. Они не угрожают капиталу и доходам состоятельных людей и не предлагают изменить социально-экономические приоритеты. С другой стороны, рабочий класс считает, что правые преуспели - и в любом случае его электоральные предпочтения сосредоточены на других вопросах, включая безопасность.

Почему? Ответ прост. Если в прошлом левые партии, как правило, представляли рабочий класс, сегодня их избиратели состоят в основном из людей со средствами и принадлежат к верхнему среднему классу. Они не хотят слышать о налоге на наследство или налогообложении капитала. Так что политики этих партий избегают говорить об этих вопросах.

Таким образом, богатым нечего бояться выборов 2021 года. В отличие от других стран, в ближайшее время здесь не будут введены налоги на наследство, дополнительные налоги на высокие доходы и налог на имущество для сверхбогатых.

Почему в Израиле нет ни одного политика, который предложил бы половине израильтян, зарабатывающих менее 8 000 шекелей в месяц, обложить богачей налогом на наследство и на чрезмерный доход?

Первый ответ заключается в том, что израильская политическая система, поддерживаемая политическими аналитическими центрами, такими как «Кохелет», за последнее десятилетие успешно продала неолиберальный подход и идеи свободного рынка. Она убедила израильтян, что налоги и прогрессивная политика нанесут ущерб всей экономике, и от подобной политики пострадает их карман. Каждый раз, когда в публичных дебатах выдвигались предложения такого рода, рефлекторная реакция - иногда истерическая - заключалась в том, что на них навешивали ярлык «коммунистической экономики» и звучали предупреждения, что Израиль станет «Венесуэлой или Советской Россией».

Второй ответ состоит в том, что значительная часть Израиля, в основном молодежь, заинтересована в прогрессивной политике, но не появилась ни одна фигура или организация, которые предложили бы облечь эти взгляды в соответствующие политические рамки. Так ли это? Мы не узнаем, пока общественности не будут представены такой человек или такая организация.

Исторически сложилось так, что в идеологическом и культурном отношении израильская политика всегда плелась в хвосте, отставая от глобальных тенденций, но, в конце концов, подхватывала их. Если то же самое произойдет и на этот раз, после того как Израиль полностью принял республиканский экономический стиль, изменения в США с избранием Байдена рано или поздно придут и сюда.

 На снимке: Беннет и Лапид. Фото: Оливье Фитусси